XVII в. Правление аштарханидов

В начале XVII в. казахские султаны были столь сильны, что даже в случае победы над ними аштарханидские правители назначали наместниками сопредельной территории не членов правящего дома, а представителей казахов, которые правили от их имени. В первой четверти XVII в. таким наместником был Турсун Мухаммад. Известен договор между ним и Бухарой, по которому Ташкент и Туркестан отходили к Казахскому ханству, причем аштархадиды не имели права вмешиваться в политическую жизнь Ташкента. Тем самым казахские ханы в течение довольно продолжительного времени удерживали не только Ташкент и города по среднему течению Сырдарьи, но и Фергану, а если и признавали власть бухарских ханов, то чисто формально.

Таким образом если выражаться современным языком, было создано нечто вроде буферного государства между владениями Казахского и Бухарского ханств. Турсун Мухаммад погиб в 1628 г. в схватке с другим казахским ханом Ишимом (Есимом) за лидерство среди казахских племен. Сын Турсун Мухаммада бежал в Кашгарию, с правителями которых его отец находился в родственных связях. По некоторым данным, Турсун Мухаммад чеканил в Ташкенте монету от своего имени, которое упоминалось также при чтении хутбы, что, как известно, было прерогативой только независимого правителя.

В правление Надир Мухаммадхана (1642—1645) Туркестан и Ташкент оставались в составе государства аштарханидов. Об этом свидетельствует Кипчакхан: «От самых отдаленных мест Туркестана и до берегов реки Мургаб хутба и чекан [монеты] украсились его именем». Однако население, видимо, продолжало выступать против господства аштарханидов, ибо, как указывал далее тот же автор, Надир Мухаммад «послал Назарбай бурути и большую часть эмиров для упорядочения и устройства дел Андижана и Туркестана».

На сей раз волнения происходили в Ходженде. Видимо, его населению удалось привлечь на свою сторону и присланных сюда для наведения порядка эмиров, так как «Назарбай и другие [эмиры] в городе Ходженде возвели [на престол] некоего юношу именем Санджар султан, внука Имамкулихана».

Узнав об этих событиях, «Надир Мухаммадхан предписал своему сыну Абдалазиз султану устранить эту смуту. Когда он достиг окрестностей Ходженда, мятежные эмиры вышли ему навстречу. Султан обласкал и одарил это общество почетными халатами. Назарбай и иже с ним обратились к нему [со следующими] словами увещевания: «Мы-де выдадим Санджар султана твоим мула-зимам с условием,, что хутбу и чекан [монеты] на управление Тураном украсим твоим Именем», т. е. ему предлагали занять ханский престол аштарханидов. Однако «султан (Абдалазиз) отклонил эту авантюру, но ему сказали: «Если ты не соблаговолишь принять [наши условия], то мы погубим тебя и твоего отца».

Волнения в Ходженде распространились по всему Бухарскому ханству. Они были столь сильными, что даже взбунтовалось находившееся в распоряжении Надир Мухаммадхана войско. С несколькими приближенными ему пришлось бежать в Балх. Однако здесь против него восстали даже его сыновья. Надир Мухаммадхан не смог подавить мятеж, который принял угрожающие размеры. Ему пришлось призвать на помощь правителя Индии Шах Джахана (1623—1659), потомка Бабура.

Вскоре бухарскому хану стало известно, что истинная цель войск из Индии — оккупация части территории Бухарского ханства и пленение его самого. Хан с большим трудом пробился в Иран и обратился к шаху с просьбой оказать содействие в восстановлении его власти в Бухаре.

Тем временем в Ходженде Назарбай убил Санджар султана, а ханом стал Абдалазиз (1645—1680), который возглавил борьбу против войск Индии и Ирана. Он понимал, что одному ему не справиться и, как пишет Кипчакхан, «после совещания и гадания было решено, что без помощи казахских султанов эту черную напасть им не отразить. Ради устройства этого важного дела шейхи, ученые и великие нойоны в сопровождении хана отправились в направлении Ташкента. В окрестностях того города узбеки, казахи и каракалпаки устроили большой курултай. После совещания триста тюра казахов с одним лаком всадников поднялись на помощь». Таким образом, перед лицом внешней агрессии народы сопредельной территории сумели забыть свои распри и обиды и объединиться. Казахский народ выставил триста вельмож и сто тысяч (лак) всадников.

Войско сопредельной области переправилось через Амударью и вступило в самоотверженную схватку с неприятелем. «Ежедневно, — пишет Кипчакхан, — из туранского войска тюра с прославленным военачальником [инициативу] на поле брани брали под свою ответственность, обращая тот день в день страшного суда. Таким образом они простояли на том месте до пятидесяти дней, оставив на память на странице той эпохи образцы мужества и доблести».

Волнения в Ходженде оказали влияние на судьбу Бухарского ханства, стали причиной мятежа против Надир Мухаммадхана, вторжения индийских и иранских войск и, наконец, отречения Надир Мухаммадхана от власти, которого заменил Абдалазизхан. Влияние казахских ханов и султанов настолько усилилось, что они позволяли себе активно вмешиваться в дела аштарханидов, впрочем, те сами постоянно призывали их на помощь. Их роль была аналогична роли первых Шейбанидов во время политической агонии тимуридов. Так, когда между новым ханом Бухары и его родным братом Субханкулиханом началась борьба за трон, «Субханкулихан подкупом, посулами и угрозами тайно подговорил казахских ханов, дабы они занялись разорением Мавераннахра». Вражда между братьями продолжалась почти сорок лет. В государстве все это время не прекращались хаос и анархия; не была исключением и сопредельная область, в том числе Туркестан, население которого поддерживало нового претендента на трон, который он вскоре и занял.